Витамины группы B и мозговая дисфункция
© Д.А. ИСКРА1, А.Г. ТРУФАНОВ2
- ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный педиатрический медицинский университет» Минздрава России, Санкт-Петербург, Россия;
- ФГБВОУ ВО «Военно-медицинская академия им. С.М. Кирова» Министерства обороны России, Санкт-Петербург, Россия.
РЕЗЮМЕ
Несбалансированный рацион питания и некоторые другие факторы являются причиной чрезвычайной распространенности гиповитаминозов среди населения как развивающихся, так и развитых стран. Метаболические взаимосвязи витаминов группы B определяют более частую встречаемость поли-, а не моновитаминного дефицита. Поскольку витамины группы B играют важную роль в процессах энергопродукции и функционирования нейротрансмиттерных систем, первыми симптомами полигиповитаминозов являются признаки мозговой дисфункции: астения, депрессия, тревога, когнитивные расстройства. Корректная диагностика полигиповитаминозов на основании выделения групп риска пациентов и определения у них субклинических или ранних манифестирующих признаков мозговой дисфункции является важнейшей задачей практикующего врача. Выявление недостаточности потребления и содержания витаминов, а также верификация дебюта симптомов мозговой дисфункции и назначение адекватной терапии позволяют существенно повысить эффективность лечения, а также осуществлять профилактику астенических, психоэмоциональных и когнитивных нарушений у пациентов с полигиповитаминозами.
Ключевые слова:
витамины группы B, гиповитаминоз, полигиповитаминоз, астения, депрессия, когнитивные нарушения.
Как цитировать:
Искра Д.А., Труфанов А.Г. Витамины группы B и мозговая дисфункция. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2023;123(7):1–5. https://doi.org/10.17116/jnevro20231230711.
B vitamins and brain dysfunction
© Д.А. ИСКРА1, А.Г. ТРУФАНОВ2
- Saint Petersburg State Pediatric Medical University, St. Petersburg, Russia;
- Kirov Military Medical Academy, St. Petersburg, Russia.
ABSTRACT
An unbalanced diet and some other factors are the reason for the extreme prevalence of hypovitaminosis among the population of both developing and developed countries. The metabolic relationships of B vitamins determine the more frequent occurrence of poly-, rather than monovitamin deficiency. Since B vitamins play an important role in the processes of energy production and in the functioning of neurotransmitter systems, the first symptoms of such polyhypovitaminosis are signs of brain dysfunction: asthenia, depression, anxiety, cognitive disorders. Correct diagnosis of polyhypovitaminosis based on the identification of risk groups of patients and the determination of their subclinical or early manifesting signs of brain dysfunction is the most important task of a practicing physician. Detection of insufficient intake and vitamin content, as well as verification of the onset of symptoms of brain dysfunction and the appointment of adequate therapy can significantly increase the effectiveness of treatment, as well as prevent asthenic, psycho-emotional and cognitive disorders in patients with polyhypovitaminosis.
Keywords:
B vitamins, hypovitaminosis, polyhypovitaminosis, fatigue, depression, cognitive disorders.
To cite this article:
Iskra DA, Trufanov AG. B vitamins and brain dysfunction. S.S. Korsakov Journal of Neurology and Psychiatry = Zhurnal nevrologii i psikhiatrii imeni S.S. Korsakova. 2023;123(7):1–5. (In Russ.). https://doi.org/10.17116/jnevro20231230711.
Введение
Важность витаминов для поддержания здоровья была продемонстрирована уже более ста лет назад с момента их открытия. К настоящему времени известно, что все витамины делятся на жирорастворимые (A, D, E, K) и водорастворимые (витамины группы B, C). Главное отличие последних — минимальное накопление в тканях и выведение с мочой в случае чрезмерного поступления, поэтому повышенные концентрации в тканях при избыточном приеме водорастворимых витаминов встречаются редко 1.
Необходимое содержание водорастворимых витаминов в организме в первую очередь обеспечивается их достаточным ежедневным потреблением с продуктами питания. Зарубежные и отечественные эпидемиологические исследования свидетельствуют о несбалансированности рациона питания у значительной части населения, которая включает избыточную калорийность пищи, недостаточное потребление овощей, фруктов, жирной морской рыбы и многое другое. Эти факторы в совокупности со снижением качества предлагаемых продуктов питания (нарушение технологий изготовления, добавление усилителей вкуса и др.), лежат в основе гиповитаминозов, а точнее полигиповитаминозов, поскольку изолированный дефицит только одного из витаминов встречается редко. Именно поэтому в ситуациях, в которых определяется недостаточность хотя бы одного витамина, восполнение дефицита всех водорастворимых витаминов с целью профилактики и/или лечения, как правило, оправдано 2.
Среди причин полигиповитаминозов выделяют не только алиментарную недостаточность, но и снижение эндогенного синтеза витаминов при дисбактериозе, нарушение их всасывания при патологии органов желудочно-кишечного тракта или приеме ряда лекарственных препаратов, утилизацию витаминов кишечными паразитами и некоторые другие. Кроме того, в ряде случаев возникает повышенная потребность в витаминах. Это некоторые физиологические состояния (период интенсивного роста, беременность, лактация), определенные климатические условия, серьезные физические и нервно-психические нагрузки, стрессы, инфекционные заболевания, интоксикации, воздействие вредных производственных факторов. Указанные обстоятельства обусловливают значительную распространенность гиповитаминозов среди населения не только развивающихся, но и развитых стран. В Российской Федерации недостаточность витаминов группы B (пониженный уровень в сыворотке крови) обнаруживается у 12,6—34,5% популяции. По разным регионам адекватно обеспечено всеми витаминами не более 20% населения. Полигиповитаминозы, т.е. недостаток трех и более витаминов, вне зависимости от места проживания и сезона, обнаруживается у 22—38% взрослых 3.
Витамины группы B играют важную роль в функционировании клеток, выступая в качестве коферментов большого числа катаболических и анаболических ферментативных реакций. Функции каждого витамина группы B сами по себе уникальны, но их совокупная стратегическая задача — обеспечение процессов энергопродукции. Все витамины группы B, за исключением фолиевой кислоты (витамина B9), принимают участие по крайней мере в одном, а чаще — в нескольких этапах системы производства энергии внутри клетки (рис. 1, на цв. вклейке). Фолиевая кислота не участвует в процессах энергопродукции, однако играет важную роль в транспортировке кислорода вместе с витаминами B6 (пиридоксин) и B12 (цианокобаламина). Эти три витамина тесно взаимосвязаны. Витамин B12 является обязательным компонентом для образования активных форм витамина B9 и синтеза метионина из гомоцистеина. В свою очередь витамин B6 участвует в катаболизме гомоцистеина через фолатный цикл, а также через реакцию превращения гомоцистеина в цистеин. Именно поэтому дефицит любого из этих трех витаминов (B6 , B9 , B12) может привести к повышению уровня гомоцистеина — маркера повышенного риска цереброваскулярной катастрофы (рис. 2 на цв. вклейке) 5.
Помимо процессов энергопродукции суммарное воздействие витаминов группы B крайне важно для многочисленных аспектов функционирования мозга, включая синтез/восстановление ДНК/РНК, геномное и негеномное метилирование, синтез многочисленных нейротрансмиттеров и сигнальных молекул. К настоящему времени известно, что работа центральных нейрональных структур обеспечивается при непосредственном участии витаминов B1 , B5 и B9 . Так, тиамин (B1) необходим для формирования синапсов, роста аксонов, образования миелина. Через стабилизацию мембран нейронов B1 может участвовать в контроле апоптоза 6. Пантотеновая кислота (B5) играет важную роль в ацетилировании белка — реакции, которая является обязательным условием развития нейронов 7. Фолиевая кислота помимо обеспечения процессов метилирования в тканях мозга участвует в метаболизме мембранных липидов нейронов и глиальных клеток 8.
От витаминов B1 , B3 , B5 , B6 , B9 и B12 в значительной степени зависит синтез нейротрансмиттеров и процесс передачи сигнала в синапсах мозга. Тиамин является кофактором синтеза целого ряда предшественников нейромедиаторов (ацетилхолин, глутамат, гамма-аминомасляная кислота) 9. Ниацинамид (витамин B3) участвует в контроле внутриклеточного высвобождения кальция — минерала, необходимого для генерации потенциала действия в нейронах 10. Витамин B5 участвует в синтезе ацетилхолина, а B6 — в синтезе серотонина, дофамина, глутамата и гаммааминомасляной кислоты. Кроме того, пантотеновая кислота необходима для высвобождения нейромедиаторов в синапсе 11. Фолиевая кислота является ключевым кофактором синтеза серотонина и катехоламинов 12. Наконец, метаболическое взаимодействие витаминов B6 , B9 и B12 обеспечивает поступление в ткани мозга метионина — аминокислоты, непосредственно связанной с синтезом значительного числа нейротрансмиттеров 5.
Выраженный и длительный дефицит витаминов группы B может проявляться клинически очерченными нозологическими формами (анемией, полинейропатией и др.). Это достаточно редкие ситуации, так, например, анемия при дефиците витамина B12 встречается только у 4% больных. При этом гиповитаминозы часто определяются на уровне подпороговых значений, а в дебюте манифестации витаминной недостаточности выявляются не столь очевидные «классические» клинические симптомы. Поэтому приоритетом диагностики гиповитаминозов является выявление субклинических неспецифических проявлений дефицитарных состояний. Важная роль витаминов группы B в функционировании церебральных структур позволяет расценивать часто встречающуюся у пациентов с полигиповитаминозами мозговую дисфункцию в различных ее формах (астения, нарушения психоэмоционального спектра, когнитивные расстройства) в качестве основного маркера витаминной недостаточности. В пользу этого свидетельствуют результаты многочисленных исследований, подтверждающие эффективность витаминотерапии в лечении различных клинических проявлений мозговой дисфункции.
Очень часто недостаточный уровень витаминов группы B проявляется астенией. Астенический синдром при превалирующем дефиците отдельных витаминов имеет специфические особенности. Так, при недостаточном уровне тиамина, помимо усталости, у пациентов определяется атаксия из-за мышечной слабости, болезненность мышц и миогенные боли, одышка при физической нагрузке 13. Дефицит рибофлавина (витамин B2), как правило, сопровождается недостаточностью содержания других субстратов, что в совокупности прежде всего повышает риск развития анемии, при которой астения является одним из сопутствующих симптомов 14. Недостаточное потребление рибофлавинаманифестирует астенией, общей слабостью, потерей аппетита, апатией 15. Дефицит витамина B5 сопряжен не только с астенией, но и с головной болью, а также бессонницей 16. Выраженная астения при недостатке витамина B6, как правило, является проявлением микроцитарной анемии, для лечения которой зачастую недостаточно препаратов железа без добавления пиридоксина 17. Астения при дефиците фолиевой кислоты и/или цианокобаламина также чаще всего является проявлением анемии, при которой могут наблюдаться головная боль, учащенное сердцебиение и одышка. Важно отметить, что мегалобластная анемия может манифестировать именно с астенических симптомов 18. Астения в сочетании с быстрой утомляемостью и одышкой также могут наблюдаться и при субклиническом дефиците витамина B12 19.
Недостаточность концентрации в тканях мозга витаминов группы B может сопровождаться когнитивными расстройствами и нарушениями психоэмоционального спектра. Описанная у больных алкоголизмом при дефиците тиамина энцефалопатия, проявляющаяся аномальными движениями глазных яблок, спутанностью сознания, апатией, когнитивными нарушениями в виде расстройств памяти, обнаруживается и у пациентов, не злоупотребляющих алкоголем, но с низким потреблением витамина B1 с пищей. Недостаток витамина B1 приводит к нарушению окислительного метаболизма, развитию процессов нейровоспаления, дисфункции эндоплазматического ретикулума, аутофагии и нейродегенерации. Эти факторы играют важную роль в патогенезе заболеваний, связанных со старением и нейродегенерацией, таких как различного рода деменции, включая болезни Альцгеймера, Паркинсона и Гентингтона 13. Дефицит рибофлавина, особенно у лиц пожилого возраста, проявляется снижением когнитивных способностей, депрессией, иногда агрессией и выраженными структурными изменениями ЦНС 20.
Повышенное психоэмоциональное напряжение, тревога, депрессия, иногда с потерей памяти являются симптомами дефицита витамина B3. Обнаружена положительная связь между недостаточным содержанием ниацинамида и снижением когнитивных функций, а также риском развития болезни Альцгеймера 21. С низким потреблением витамина B5 связано снижение настроения, причем как у взрослых, так и у детей 22, а сочетание депрессии с раздражительностью и судорожными приступами наблюдаются при недостаточности пиридоксина.
Считается, что витамин B6 в форме пиридоксамина играет уникальную роль в процессе замедления старения. В настоящее время старение рассматривается в том числе с позиций теории перекрестного связывания. Согласно этой теории, белки вступают в реакцию с сахарами и образуют комплексы, которые включает множество перекрестных структур. Продукты гликирования связаны с увеличением образования свободных радикалов и причастны к возникновению осложнений, связанных со старением вследствие повреждения тканей. Гликированные белки могут откладываться в любой ткани организма, включая кожу, глаза, легкие, почки, кровеносные сосуды и мозг. Их отложения вызывают аномальное функционирование этого органа или ткани. Пиридоксамин является мощным антигликационным агентом. Он способен ингибировать образование продуктов глубокого гликирования путем захвата реактивных карбонильных групп из побочных продуктов распада сахаров и липидов. Витамин B6 также способен ингибировать отдельные этапы реакции гликирования за счет связывания ионов металлов с переменной валентностью, участвующих в окислительно-восстановительных реакциях, и улавливания реактивных форм кислорода 23.
Весьма специфический симптомокомплекс наблюдается при дефиците биотина (B7). У таких пациентов наблюдается депрессия, астения, галлюцинации, парестезии в конечностях 24. Дефицит фолиевой кислоты может привести к анемии, дефектам нервной трубки у плода, а также к нейрокогнитивным последствиям, таким как нарушения поведения, снижение когнитивных способностей и депрессия. Кроме того, низкий уровень витамина B9 связан с развитием деменции при болезни Альцгеймера. Симптомы дефицита фолатов включают спутанность сознания, слабость, усталость, одышку, раздражительность, головную боль, гладкий красный язык, депрессивные симптомы и повышенный уровень гомоцистеина 25. Значительное число исследований посвящено дефициту цианокобаламина. Его тесная связь с синтезом нейротрансмиттеров объясняет клинические проявления недостаточности витамина B12 в виде тяжелой депрессии, суицидального поведения, снижения настроения, мании, психозов и сильного возбуждения. Значимый дефицит цианокобаламина также вызывает когнитивные нарушения вплоть до деменции 26.
Терапия витаминами группы B при их недостаточном содержании позволяет уменьшить проявления мозговой дисфункции. Прием тиамина значительно снижает чувство усталости после тренировок у спортсменов. Терапия витамином B1 эффективна как при первичной профилактике когнитивных нарушений в группах риска, так и при лечении пациентов с когнитивным дефицитом. Также применение тиамина эффективно у пациентов с недавно диагностированной болезнью Паркинсона для уменьшения симптомов заболевания 27.
Терапия рибофлавином не только уменьшает проявления анемии и связанной с ней астении, но и купирует проявления физической усталости, вызванной мышечной болью и болезненностью после физических упражнений 28. Положительное влияние на когнитивные функции оказывает прием фолиевой кислоты 29 как в качестве монотерапии, так и в сочетании с цианокобламином. Последний особенно эффективен у пожилых пациентов в ситуациях, когда когнитивный дефицит сочетается с депрессией 30.
Распространенность полигиповитаминозов, их связь с разнообразными клиническими проявлениями мозговой дисфункции, а также возможность коррекции данных нарушений за счет восполнения недостаточности витаминов, предопределяют необходимость разработки комфортного для практикующего врача алгоритма диагностики, профилактики и лечения этих состояний. При подозрении на полигиповитаминоз проведение лабораторных исследований, позволяющих определить концентрацию всех витаминов группы B в плазме крови, представляет собой очень трудоемкую и материально затратную задачу. Кроме того, по целому ряду витаминов, например B12, подобные исследования не столь информативны. С учетом указанных обстоятельств, а также вследствие низкой вероятности передозировки водорастворимых витаминов, для назначения лечения может быть достаточным отнесение пациентов к группе риска по витаминной недостаточности и выявление у них признаков мозговой дисфункции. Применение подобного алгоритма диагностики возможно исключительно в случаях субклинических неспецифических проявлений дефицитарных состояний. Превалирование недостаточности концентрации какого-либо одного из витаминов и манифестация этого дефицита в рамках четко очерченной нозологической формы, например, недостаточность витамина B1 при алкоголизме, предполагает иную стратегию диагностики и лечения.
В то же время, поскольку наибольшую распространенность в популяции составляют именно поли-, а не моногиповитаминозные состояния, которые не сопровождаются значительными отклонениями концентрации витаминов в плазме крови от референсных значений, а также с учетом низкой, но все-таки существующей вероятности избыточного потребления водорастворимых витаминов, наиболее предпочтительными средствами для лечения и профилактики подобных дефицитарных состояний являются ВМК, не содержащие высоких концентраций витаминов группы B. Предложенный лечебно-диагностический алгоритм позволяет рассматривать ВМК как облигатное назначение при подозрении на полигиповитаминоз.
Витаминно-минеральные комплексы могут содержать полный (все 13) или неполный набор витаминов. Также выделяют формы ВМК с низким содержанием витаминов (15—50% суточной потребности), с содержанием витаминов в дозе, равной суточной потребности, а также с высоким содержанием витаминов (в 3—10 раз превышающих суточную потребность). Включение в ВМК жирорастворимых витаминов не является оправданным в связи с опасностью их передозировки, а вот полный набор водорастворимых витаминов, особенно группы B, в ВМК является крайне желательным с учетом их метаболических взаимосвязей и частоты встречаемости именно полигиповитаминозных состояний 3.
Также крайне важны дозы витаминов, содержащихся в ВМК. Показано, что ВМК с дозой витаминов, составляющей 15—50% от суточной потребности, соответствуют уровню обогащения витаминами продуктов массового потребления. Они не устраняют дефицит, но препятствует дальнейшему ухудшению витаминной обеспеченности. Прием ВМК с дозой витаминов в 100% суточной потребности восстанавливает дефицит витаминов примерно за 1,3—2,5 г., а в дозе от 200% суточной потребности и более — за 2 нед 31.
С этой точки зрения большое значение для купирования полигиповитаминозов имеет выбор ВМК по сбалансированности состава и доз витаминов. Одним из средств, соответствующим заявленным условиям, является КомплигамB Комплекс (ЗАО «ФармФирма Сотекс», Россия). Это ВМК, содержащий весь набор витаминов группы B в дозах 250% и более, превышающих суточную потребность (таблица).
Еще одним несомненным достоинством ВМК КомплигамB Комплекс является включение в его состав трех важнейшим провитаминов: витаминов B4,B8 и B10 (холин, инозит и парааминобензойная кислота соответственно). Холин участвует в клеточной сигнализации и является важнейшим элементом структуры мембран. Он отвечает за синтез ацетилхолина, через который реализуются многочисленные функции, включая память и мышечный контроль, именно поэтому холинсодержащие средства применяют при лечении когнитивных расстройств различного происхождения 32. Инозит подавляет продукцию провоспалительных цитокинов, снижает образование активных форм кислорода, защищает передачу сигналов оксида азота, обладает инсулиноподобным действием 33, 34. Парааминобензойная кислота является составной частью соединений фолиевой кислоты, представляет собой мощнейший антиоксидант. Кроме того, за счет нормализации микробной флоры кишечника и стимуляции его моторики парааминобензойная кислота повышает усвоение водорастворимых витаминов 35. Удобство приема (1 таблетка в день), качественный и количественный состав делают КомплигамB Комплекс средством выбора для профилактики и лечения полигиповитаминозных состояний.
Таким образом, часто встречающиеся в клинической практике астенические проявления, психоэмоциональные нарушения, когнитивные расстройства могут являться следствием чрезвычайно распространенных полигиповитаминозных состояний. Эффективность витаминотерапии этих неспецифических проявлений мозговой дисфункции позволяет считать ВМК средствами выбора для профилактики и коррекции подобных состояний. Назначение ВМК должно основываться на их качественном и количественном составе с учетом индивидуальных особенностей пациента и выбранной стратегии ведения.
Рис. 1. Участие витаминов группы B в процессе энергопроизводства.
Адаптировано из 4. Часть 1. Окисление макронутриентов через несколько путей, включая гликолиз, в котором непосредственно участвуют витамины B1, B2, B3, B5. При этом глюкоза окисляется до пировиноградной кислоты, которая далее декарбоксилирует, соединяясь с коферментом A, и образует ацетил-коэнзим A (ацетил-КоA). Часть 2. Ацетил-коэнзим A при коферментном участии витаминов B1, B2, B3, B5, B6, B8 и B12 метаболизирует на восьми этапах цикла Кребса с сопутствующим образованием восстановленных форм никотинамидадениндинуклеотида (NADH) и флавинадениндинуклеотида (FADH2). Часть 3. При участии витаминов B2, B3, B5 обеспечивается трансфер электронов из NADH и FADH2 по электрон-транспортным цепям. Полученная энергия используется для производства молекул АТФ.
Fig. 1. Participation of B vitamins in the process of energy production.
Adapted from 4. Part 1. Oxidation of macronutrients through several pathways, including glycolysis, in which vitamins B1, B2, B3, B5 are directly involved. In this case, glucose is oxidized to pyruvate, which then decarboxylates, combining with coenzyme A, and forms acetyl coenzyme A (acetyl-CoA). Part 2. Acetyl coenzyme A, with the coenzyme participation of vitamins B1, B2, B3, B5, B6, B8 and B12 metabolizes at eight stages of the Krebs cycle with concomitant production of reduced forms of nicotinamide adenine dinucleotide (NADH) and flavin adenine dinucleotide (FADH2). Part 3. The transfer of electrons from NADH and FADH2 along electron transport chains with the participation of vitamins B2, B3, B5 is provided. The resulting energy is used to produce ATP molecules.
Рис. 2. Метаболические и функциональные связи витаминов B6, B9 и B12. Адаптировано из 4.
Fig. 2. Metabolic and functional interactions of vitamins B6, B9 and B12. Adapted from 4.
Заявление о конфликте интересов / Conflict of Interest Statement
Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
The authors declare no conflicts of interest.
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ:
Искра Д.А. — https://orcid.org/0000-0003-4947-4779
Труфанов А.Г. — https://orcid.org/0000-0003-2905-9287
Автор, ответственный за переписку: Искра Д.А. — e-mail: iskradm@mail.ru
ABOUT THE AUTHORS:
Iskra D.A. — https://orcid.org/0000-0003-4947-4779
Trufanov A.G. — https://orcid.org/0000-0003-2905-9287
Corresponding author: Iskra D.A. — e-mail: iskradm@mail.ru
ЛИТЕРАТУРА:
1. Pedroza-Tobias A, Hernandez-Barrera L, Lopez-Olmedo N, et al. Usual Vitamin Intakes by Mexican Populations. J Nutr. 2016;146(9):1866-1873. https://doi.org/10.3945/jn.115.219162
2. EFSA Panel on Dietetic Products, Nutrition, and Allergies (NDA). Scientific Opinion on principles for deriving and applying Dietary Reference Values. EFSA Journal 2010;8(3):1458. https://doi.org/10.2903/j.efsa.2010.1458
3. Коденцова В.М., Вржесинская О.А., Рисник Д.В. и др. Обеспеченность населения России микронутриентами и возможности ее коррекции. Состояние проблемы. Вопросы питания. 2017;86(4):113-124. Kodentsova VM, Vrzhesinskaya OA, Risnik DV, et al. Micronutrient status of population of the Russian Federation and possibility of its correction. State of the problem. Voprosy pitaniia. Problems of Nutrition. 2017;86(4):113-124. (In Russ.).
4. Tardy AL, Pouteau E, Marquez D, et al. Vitamins and Minerals for Energy, Fatigue and Cognition: A Narrative Review of the Biochemical and Clinical Evidence. Nutrients. 2020;12(1):228-231. https://doi.org/10.3390/nu12010228
5. Brown MJ, Ameer MA, Beier K. Vitamin B6 Deficiency. 2022 Jul 18. In: StatPearls [Internet]. Treasure Island (FL): StatPearls Publishing; 2023 Jan. Accessed June 11,2023. https://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK470579/
6. Ba A. Metabolic and structural role of thiamine in nervous tissues. Cell Mol Neurobiol. 2008;28(7):923-931. https://doi.org/10.1007/s10571-008-9297-7
7. Guilland JC, Lequeu B. Mécanismes d’action moléculaire et rôles des vitamines. In Lavoisier T-D, eds. Encyclopedie des Vitamines. Paris, France: Editions Médicales Internationales; 2009;1:353-659.
8. Bottiglieri T, Laundy M, Crellin R, et al. Homocysteine, folate, methylation, and monoamine metabolism in depression. J Neurol Neurosurg Psychiatry. 2000;69(2):228-232. https://doi.org/10.1136/jnnp.69.2.228
9. Hirsch JA, Parrott J. New considerations on the neuromodulatory role of thiamine. Pharmacology. 2012;89(1-2):111-116. https://doi.org/10.1159/000336339
10. Kirkland JB. Niacin. In Ross AC, Caballero B, Cousins RJ, eds. Modern Nutrition in Health and Disease, 11th ed. Baltimore, MD, USA: Lippincott Williams & Wilkins; 2014:331-340.
11. Clayton PT. B6-responsive disorders: a model of vitamin dependency. J Inherit Metab Dis. 2006;29(2-3):317-326. https://doi.org/10.1007/s10545-005-0243-2
12. Selhub J, Bagley LC, Miller J, Rosenberg IH. B vitamins, homocysteine, and neurocognitive function in the elderly. Am J Clin Nutr. 2000;71(2):614-620. https://doi.org/10.1093/ajcn/71.2.614s
13. Whitfield KC, Bourassa MW, Adamolekun B, et al. Thiamine deficiency disorders: Diagnosis, prevalence, and a roadmap for global control programs. Ann NY Acad Sci. 2018;1430(1):3-43. https://doi.org/10.1111/nyas.13919
14. Aljaadi AM, How RE, Loh SP, et al. Suboptimal Biochemical Riboflavin Status Is Associated with Lower Hemoglobin and Higher Rates of Anemia in a Sample of Canadian and Malaysian Women of Reproductive Age. J Nutr. 2019;149(11):1952-1959. https://doi.org/10.1093/jn/nxz151
15. Hegyi J, Schwartz RA, Hegyi V. Pellagra: dermatitis, dementia, and diarrhea. Int J Dermatol. 2004;43(1):1-5. https://doi.org/10.1111/j.1365-4632.2004.01959.x 16. Hodges RE, Ohlson MA, Bean WB. Pantothenic acid deficiency in man. J Clin Investig. 1958;37(11):1642-1657. https://doi.org/10.1172/JCI103756
17. Hisano M, Suzuki R, Sago H, et al. Vitamin B6 deficiency and anemia in pregnancy. Eur J Clin Nutr. 2010;64(2):221-223. https://doi.org/10.1038/ejcn.2009.125
18. Lanier JB, Park JJ, Callahan RC. Anemia in Older Adults. Am Fam Physician. 2018;98(7):437-442.
19. Stabler SP. Clinical practice. Vitamin B12 deficiency. N Engl J Med. 2013;368(2):149-160. https://doi.org/10.1056/NEJMcp1113996
20. Liu XX, Wu PF, Liu YZ, et al. Association Between Serum Vitamins and the Risk of Alzheimer’s Disease in Chinese Population. J Alzheimers Dis. 2022;85(2):829-836. https://doi.org/10.3233/JAD-215104
21. Mikkelsen K, Stojanovska L, Apostolopoulos V. The Effects of Vitamin B in Depression. Curr Med Chem. 2016;23(38):4317-4337. https://doi.org/10.2174/0929867323666160920110810
22. Rubio-López N, Morales-Suárez-Varela M, PicoY, et al. Nutrient Intake and Depression Symptoms in Spanish Children: The ANIVA Study. Int J Environ Res Public Health. 2016;13(3):352-359. https://doi.org/10.3390/ijerph13030352
23. Zhang Y, Zhou XA, Liu C, et al. Vitamin B6 Inhibits High Glucose-Induced Islet β Cell Apoptosis by Upregulating Autophagy. Metabolites. 2022;12(11):1048. https://doi.org/10.3390/metabo12111048
24. Zempleni J, Wueratne SSK, Kurosihi T. Biotin. In Erdman JW, Macdonald IA, Zeisel SH, eds. Present Knowledge in Nutrition. Washington, DC, USA: Wiley-Blackwell; 2012;359-374.
25. Cicero AF, Minervino A. Combined action of SAMe, Folate, and Vitamin B12 in the treatment of mood disorders: a review. Eur Rev Med Pharmacol Sci. 2022;26(7):2443-2459. https://doi.org/10.26355/eurrev_202204_28479
26. Green R, Miller JW. Vitamin B12 deficiency. Vitam Horm. 2022;119:405-439. https://doi.org/10.1016/bs.vh.2022.02.003
27. Costantini A, Pala MI, Compagnoni L, Colangeli M. High-dose thiamine as initial treatment for Parkinson’s disease. BMJ Case Rep. 2013;bcr2013009289. https://doi.org/10.1136/bcr-2013-009289
28. Hoffman MD, Valentino TR, Stuempfle KJ, Hassid BV. A Placebo-Controlled Trial of Riboflavin for Enhancement of Ultramarathon Recovery. Sports Med Open. 2017;3(1):14-19. https://doi.org/10.1186/s40798-017-0081-4
29. Ma F, Li Q, Zhou X, et al. Effects of folic acid supplementation on cognitive function and Aβ-related biomarkers in mild cognitive impairment: A random
ized controlled trial. Eur J Nutr. 2019;58(1):345-356. https://doi.org/10.1007/s00394-017-1598-5
30. Walker JG, Batterham PJ, Mackinnon AJ, et al. Oral folic acid and vitamin B12 supplementation to prevent cognitive decline in community-dwelling older adults with depressive symptoms — the Beyond Ageing Project: A randomized controlled trial. Am J Clin Nutr. 2012;95(1):194-203. https://doi.org/10.3945/ajcn.110.007799
31. Коденцова В.М., Вржесинская О.А., Бекетова О.А. и др. Эффективность разных доз витаминов для коррекции полигиповитаминоза у крыс. Бюллетень экспериментальной биологии и медицины. 2014;157(5):626-629. Kodentsova VM, Vrzhesinskaya OA, Beketova NA. et al. Efficiency of Various Vitamin Doses for Polyhypovitaminosis Correction in Rats. Bulletin of Experimental Biology and Medicine. 2014;157(5):608-611. (In Russ.). https://doi.org/10.1007/s10517-014-2626-6
32. Sharma K. Cholinesterase inhibitors as Alzheimer’s therapeutics (Review). Mol Med Rep. 2019;20(2):1479-1487. https://doi.org/10.3892/mmr.2019.10374
33. Mahdavifar B, Hosseinzadeh M, Salehi-Abargouei A, et al. Dietary intake of B vitamins and their association with depression, anxiety, and stress symptoms: A cross-sectional, population-based survey. J Affect Dis. 2021;288:92-98. https://doi.org/10.1016/j.jad.2021.03.055
34. Haskó G, Kuhel DG, Németh ZH, et al. Inosine Inhibits Inflammatory Cytokine Production by a Posttranscriptional Mechanism and Protects Against Endotoxin-Induced Shock. J Immunol. 2000;164(2):1013-1019. https://doi.org/10.4049/jimmunol.164.2.1013
35. Song GC, Choi HK, Ryu CM. The folate precursor para-aminobenzoic acid elicits induced resistance against Cucumber mosaic virus and Xanthomonas axonopodis. Ann Bot. 2013;111(5):925-934. https://doi.org/10.1093/aob/mct049